Тест рабочих качеств

Прежде чем начать: это не тот самый личностный опросник, который используют работодатели при найме, и не его копия. Настоящий инструмент, о котором чаще всего вспоминают в связи с оценкой личности перед собеседованием, продаётся только компаниям — сами сотрудники или соискатели пройти его по собственной инициативе не могут, а результаты, если такая оценка всё же проводится, уходят работодателю, а не человеку, который её проходил.

Этот тест — самостоятельная разработка на основе открытых научных источников: 25 вопросов и собственная система подсчёта, никак не связанные с реальным инструментом работодателей. Вы увидите профиль из пяти рабочих качеств — самообладания, дружелюбия, надёжности, инициативности и любознательности — и узнаете, какое из них выражено у вас сильнее всего. Результат нигде не сохраняется и никому не передаётся: это исключительно для вас самих. Займёт около 6 минут.

На созвоне руководитель разбирает именно ваш кусок отчёта — резко, при всех, без предупреждения. Что происходит дальше? Прокручиваете эту фразу весь вечер, ищете, что стояло за ней на самом деле, и на следующий созвон приходите уже с внутренним счётом. Остаток дня — с этой фразой в фоне: работа продолжается, но каждые полчаса мысли соскальзывают обратно к сказанному. Когда созвон заканчивается, ещё пара минут уходит на то, чтобы отпустить неприятный осадок, а дальше — обычный темп дня. Если по существу замечание верное, вы фиксируете его для следующей версии отчёта и переключаетесь на следующую задачу тем же вечером.

Коллега, который обычно зовёт вас на обсуждение решений по проекту, в этот раз обошёлся без вас и просто прислал готовый план в общий чат. Как вы это воспринимаете? Первая мысль — не случайность: слишком точный повод, чтобы забыть про вас именно сейчас. Когда план уже прочитан, ещё остаётся вопрос — почему в этот раз без вас, — и он не спешит уходить. Если бы был повод для обиды, коллега бы, скорее всего, что-то сказал заранее — так что вы читаете план и добавляете свои правки как обычно. Лёгкое удивление — и всё: вероятно, просто не успели предупредить заранее, план всё равно неплохой.

У вас накопилось несколько открытых обещаний по разным задачам. Что происходит, когда кто-то спрашивает про статус одного из них? Когда кто-то спрашивает про статус обещанного на прошлой неделе, приходится вспоминать заново — было ли это вообще обещано. Если специально не выписать все обещания в заметки в конце дня, часть из них к пятнице растворяется без следа. Список открытых обещаний держится в голове, без записей, но при этом на удивление точный: спросите про любое — ответ найдётся сразу. «Это за мной» — фраза, которую вы произносите вслух в момент, когда что-то обещаете, а дальше это само всплывает в нужный день, потому что уже отмечено в календаре.

Один и тот же сбой в общем процессе повторяется неделю за неделей, и явно никто не взял его в работу. Как вы на это реагируете? Если бы кто-то прямо попросил взяться за это, вы бы, наверное, согласились — но самому вызываться на то, что явно ничьё, не тянет. Лёгкая досада при виде того, как одно и то же спотыкается неделя за неделей, — и на этом всё, дальше своя очередь дел. Пустой документ на экране уже дожидается: в нём вы описываете, что именно не так и как это можно было бы поправить, ещё не решив до конца, возьмётесь ли за дело сами. Записываете суть проблемы, находите, кого она касается, добавляете короткое предложение с решением — и берёте это в работу ещё до того, как кто-то успевает спросить, чьё это дело.

Команда переходит на новую систему учёта задач, а объяснили только самое общее. Что вы делаете в первые дни? Внутреннее сопротивление при виде незнакомого интерфейса — хочется отложить и разобраться с ним позже, когда будет спокойная неделя. Новый инструмент неделю пролежал закрытой вкладкой в браузере — открываете его только тогда, когда без него уже совсем никак не обойтись. Кликаете по всем разделам подряд, открываете справку, пробуете один тестовый сценарий — и через полчаса уже примерно понимаете, что где искать. Разобраться раньше остальных и потом показать команде, как это работает, — вот что первым приходит в голову при виде новой системы.

Презентацию, к которой вы готовились всю неделю, в последний момент переносят на день раньше. Как проходит следующий час? «Час назад всё было по-другому» — эта мысль крутится ещё долго после того, как новый план уже принят и работа возобновилась. Проверяете почту, потом календарь, потом снова почту — ищете, не появится ли ещё одно письмо, которое всё вернёт как было. Заново расставить встречи в календаре и уточнить у пары человек новые сроки — это первое, что вы делаете, ещё держа в голове старый план. Дело не в том, что план не жалко, — просто новый вариант тоже рабочий, и через пять минут вы уже действуете по нему.

Разговор с коллегой по рабочему вопросу неожиданно превращается в спор на повышенных тонах. Что вы чувствуете внутри? Тон разговора меняется, слова становятся короче, повисает пауза — а вы просто ждёте, когда можно будет вернуться к сути спора. Разрядить обстановку шуткой или сменой темы — то, что приходит в голову где-то на середине спора, без особой спешки. Чем дольше длится разговор на повышенных тонах, тем сильнее хочется просто найти компромисс и закрыть тему, даже если не всё сказано. В груди — уже ощутимое напряжение: ещё до конца разговора вы ищете способ извиниться или перевести всё в мирное русло, лишь бы это закончилось.

Рабочий день заканчивается, а один документ так и остался открытым на середине абзаца. Как вы с этим живёте до утра? Закрыть ноутбук и переключиться на вечер получается без особых усилий, даже если документ остался открытым на середине абзаца. Чем позже вечером вспоминается недоделанный кусок, тем настойчивее хочется вернуться и хотя бы дописать последний абзац. В голове, где-то на периферии, весь вечер держится один и тот же незакрытый файл — не мешает, но и не отпускает совсем. Уже собираясь уходить и заметив, что последний пункт не доведён до конца, вы садитесь ещё на десять минут — только чтобы закрыть именно этот кусок.

Руководитель неожиданно просит вас возглавить новую, незнакомую инициативу. Что происходит внутри в первую минуту? Чем более развёрнуто описывают новую задачу, тем яснее ощущение, что было бы спокойнее остаться в стороне и просто помогать по мере сил. Где-то внутри сразу лёгкая тяжесть: ещё одна зона ответственности, о которой теперь придётся думать в фоне почти постоянно. Уже соглашаясь, вы ловите себя на том, что где-то под опаской проскальзывает и настоящий интерес — любопытно, что из этого выйдет. Первая же минута после предложения уходит не на сомнения, а на уточняющий вопрос: с чего лучше начать.

Уже которую неделю вы делаете одну и ту же задачу одним и тем же способом. Как это ощущается? В этой однообразной части работы — ровный, привычный ритм, в котором ничего особо не раздражает и не тянет что-то менять. Выполняя одно и то же уже которую неделю подряд, вы почти не замечаете, как включаете что-то фоновое — подкаст, музыку, — просто чтобы не было так тихо. «Сколько ещё это будет длиться в точности так же?» — вопрос, который сегодня всплывает уже не в первый раз, где-то к середине очередного захода. Пока задача не меняется ни на йоту уже который месяц, внутри нарастает почти физическое неудобство — будто засиделись в одной позе.

Один из коллег регулярно резковат на созвонах, и общаться с ним неприятно. Что вы обычно делаете? Столкнувшись с очередной резкой репликой от этого коллеги, вы просто сворачиваете разговор и стараетесь дальше пересекаться с ним пореже. Коллега снова роняет резкую реплику, а вы просто киваете и решаете переждать — вдруг ситуация уляжется сама, без разговора. Пока настроение не самое подходящее для разговора, вы откладываете его на пару дней, но всё же держите в планах — не насовсем. Один короткий разговор с глазу на глаз — и вы уже пробуете напрямую спросить, что вообще происходит, вместо того чтобы гадать по репликам на созвонах.

Команда в итоге выбирает не тот вариант, который предлагали вы. Что происходит дальше? «А точно ли это лучший вариант?» — вопрос, который вы поднимаете ещё раз на следующей встрече, хотя решение вроде бы уже принято. Пока команда не начала действовать по новому плану, вы успеваете написать ещё пару сообщений с доводами в пользу своего варианта. Ещё один комментарий в чате с уточнением, почему первый вариант всё же был удачнее, — и на этом вы останавливаетесь. Вариант был не тот, который вы предлагали, но решение принято — и вы включаетесь в работу по нему уже на следующей встрече.

Интересная часть проекта закончена, остались только оформление и финальная вычитка. Как складывается эта часть? Пока не подворачивается что-то более интересное, финальный кусок остаётся в списке дел — а к концу недели там же и лежит, недоделанным. Ещё день или два висит недоделанный хвост, прежде чем вы всё же заставляете себя вернуться и закрыть его. Интересная часть давно закрыта, но вы всё же садитесь доделать оставшееся оформление — просто без прежнего энтузиазма. Последний, самый неинтересный кусок — оформление, сноски, финальную вычитку — вы доводите до конца в тот же день, что и основную часть.

Открывается заметная возможность — например, выступить перед клиентом или взять новый видимый участок работы. Как вы себя ведёте? Ни одного шага навстречу: вы дожидаетесь, пока кто-то сам не предложит вам эту возможность, а пока ждёте — её через день-два уже забирает кто-то другой. Возможность интересная, но вы всё же выжидаете пару дней — вдруг кто-то более подходящий сам вызовется. Саму идею вы озвучиваете вслух — что готовы взяться, — но всё же после короткой паузы, а не в первую же минуту. Возможность появилась. Вы отвечаете «беру» ещё до того, как кто-то успевает спросить, кто хочет взяться за это первым.

Перед вами задача, которую вы уже давно умеете решать привычным способом. Что происходит на этот раз? Способ решения давно отработан, но вы продолжаете пользоваться именно им — искать что-то другое просто не приходит в голову. Мысль о другом подходе мелькает коротким «а вдруг» — и гаснет, не успев превратиться в действие. Знакомая задача снова на столе. Любопытство берёт верх — вы пробуете один небольшой другой шаг просто ради интереса. Хотя привычный способ работает без нареканий, вы всё равно откладываете его в сторону и пробуете решить задачу заново, с нуля, просто чтобы увидеть, получится ли иначе.

Всё утро подряд что-то мелкое идёт не так: сорванная встреча, зависший вай-фай, сломанный принтер. Как проходит ваш день? Каждую мелкую накладку — сорванную встречу, зависший вай-фай, сломанный принтер — вы воспринимаете отдельно, и к обеду от них уже физически подташнивает. Утро — сплошная цепочка мелких сбоев. К обеду терпения заметно меньше, чем было в девять. Хотя мелочей за утро набралось уже с десяток, вы держитесь ровно почти до самого конца дня — раздражение копится, но пока не прорывается. Замечаете, что сбоев сегодня явно больше обычного, коротко усмехаетесь про себя — и продолжаете разбирать дела в том же темпе, что и всегда.

Двое коллег в команде явно на нервах друг с другом, хотя их спор вас напрямую не касается. Что вы делаете? Два коллеги явно на нервах друг с другом. Это их дело — вы остаётесь в стороне и занимаетесь своим куском работы. Хотя напряжение между ними заметно даже со стороны, вмешиваться вы решаетесь только если это уже прямо мешает общей работе. Замечаете, что двое в команде почти не разговаривают друг с другом впрямую, и в удобный момент невзначай меняете тему на нейтральную. Стоит только увидеть, что разговор между ними начинает звучать резче обычного, как вы уже находите повод разрядить обстановку — шуткой или прямым вопросом каждому по отдельности.

В коридоре вы на бегу обещаете коллеге прислать файл — без записи, без напоминаний. Что происходит с этим обещанием? Хотя обещание было дано вполне искренне, ничего нигде не записано — и, скорее всего, о нём просто забудется уже к вечеру того же дня. Замечаете спустя пару дней, что так и не выполнили обещанное, только когда человек сам вежливо напоминает об этом. Стоит только чуть позже вспомнить об этом разговоре, как вы тут же откладываете дело в сторону — на потом, без конкретного срока. Сразу после разговора, ещё стоя в коридоре, вы отправляете себе короткое напоминание — и файл уходит адресату в тот же день.

На неделе неожиданно освобождается заметный кусок времени, без единой срочной задачи. Чем вы его заполняете? Замечаете, что расписание внезапно свободнее обычного, и просто позволяете себе более спокойный темп — без особых планов на освободившееся время. Стоит только образоваться свободному окну, как в голове всплывает пара мелких давно отложенных задач — но дальше списка в этот раз дело не идёт. Постепенно, без особого плана, вы всё же начинаете разбирать то, что давно откладывалось, — не потому что надо, а просто потому что руки дошли. Как будто именно этого окна и ждали: вы тут же придумываете что-то новое, чем раньше не хватало времени заняться, и берётесь за это в тот же день.

Разговор в перерыве сворачивает в тему, о которой вы почти ничего не знаете, хотя обсуждение легко можно пропустить мимо ушей. Как вы себя ведёте? Стоит только разговору свернуть в незнакомую тему, как вы находите повод сменить её на что-то более привычное. Вежливо, но без особого интереса вы киваете пару минут и ждёте, когда разговор сам вернётся к чему-то более знакомому. Как будто зацепились за что-то новое: вы задаёте один-два уточняющих вопроса, прежде чем разговор естественно уходит дальше. Вам тут же хочется разобраться подробнее — вы переспрашиваете, просите примеры и в конце разговора уже гуглите тему у себя в телефоне.

Во время презентации перед коллегами что-то идёт не так на глазах у всех. Как вы держитесь? Заметно, прямо на лице, — растерянность и неловкость, пока все смотрят, как вы пытаетесь на ходу починить то, что пошло не так. Как будто ничего особенного не произошло: голос остаётся ровным, хотя внутри уже вовсю ищется, как быстрее выправить ситуацию. Вам явно неловко перед аудиторией, но со стороны это почти незаметно — вы договариваете мысль до конца и только потом ищете способ поправить дело. Сначала короткая пауза, чтобы сориентироваться, потом — спокойное «сейчас поправим» и переход к решению, будто зрителей вообще нет.

Один и тот же коллега уже в третий раз срывает общий срок. Что происходит с вашим доверием к нему? Как будто счётчик уже переполнен: очередной сорванный срок от того же человека — и доверие ощутимо падает, даже если вслух вы ничего не говорите. Вам всё труднее находить этому оправдания — вы всё ещё соглашаетесь работать вместе, но теперь присылаете напоминание за день до срока, которого раньше не отправляли. Сначала лёгкое разочарование, потом — почти сразу мысль, что в этот раз, возможно, просто снова не повезло с обстоятельствами. Доверие остаётся прежним и после третьего раза — вы просто уточняете, нужна ли помощь, и предполагаете, что причина где-то объективная.

Почти готовый отчёт приходится отложить ради срочного запроса от другой команды. Что происходит с отчётом дальше? Вам присылают срочный запрос от другой команды — и почти законченный отчёт откладывается в сторону, а возвращаетесь к нему только через несколько дней, когда получится. Сначала берётесь за срочное, потом, разобравшись с ним, ещё немного отвлекаетесь на другие мелочи — и только к вечеру вспоминаете про недописанный отчёт. Отчёт так и остаётся на пару абзацев недописанным до конца дня, но вы сознательно ставите в календаре напоминание доделать его с утра, первым делом. Договариваетесь с новой командой о времени чуть позже в тот же день, дописываете последние абзацы отчёта — и только после этого переключаетесь на срочный запрос.

Вам предлагают возглавить проект, у которого есть реальный шанс заметно провалиться на виду у всех. Как вы отвечаете? Сначала перечисляете себе все причины, почему может не получиться, потом находите повод мягко отказаться в пользу более опытного коллеги. Соглашаетесь не сразу — несколько дней уходит на то, чтобы окончательно решиться, взвешивая риск неудачи на виду у всех. Соглашаетесь после короткого раздумья, честно обозначив, что риск есть, но с готовностью его на себя принять. Риск публичного провала — тот самый пункт, который на самом деле и делает предложение интересным: вы берётесь сразу, почти не раздумывая.

Однообразие в привычной задаче в очередной раз даёт о себе знать. Приводит ли это к чему-то конкретному? Метод остаётся тем же самым уже которую неделю — раздражение проскальзывает разве что в мыслях, дальше него дело не идёт. Проговариваете вслух коллеге, что было бы неплохо сделать это иначе, — и на этом пока останавливаетесь, без конкретных шагов. Ещё один обычный заход на ту же задачу тем же способом — но в этот раз рядом уже открыта заметка с парой идей, как можно было бы иначе. Когда однообразие в очередной раз даёт о себе знать, вы в тот же день пробуете один конкретный новый шаг — и смотрите, приживётся ли он.

Ваши результаты не случайны

Легендарный тест на 16 типов личности по Юнгу обрел вторую жизнь: новая методика CoreTypes, совсем другой уровень точности. Это, возможно, самые полезные 10 минут, которые вы уделите себе: после этого у вас будет ключ к собственным решениям, отношениям и результатам — навсегда.

Пройти бесплатный тест

Частые вопросы

Такую оценку личности можно «завалить»?

Нет, здесь просто нет понятия провала в привычном смысле. Профильные рекомендации по прохождению подобных опросников сходятся в одном: честный ответ работает лучше любой стратегии подгонки под ожидаемый портрет. А вот что действительно бросается в глаза специалистам — это слишком крайние ответы на каждый пункт подряд или явные противоречия между близкими по смыслу вопросами.

Реально ли не пройти личностный опросник перед собеседованием?

Практически нет — личностный опросник устроен иначе, чем экзамен: правильных и неправильных ответов на отдельный вопрос в нём попросту не существует. Ощущение сложности, о котором иногда говорят, обычно связано не с содержанием вопросов, а с самим форматом — необходимостью честно оценивать себя или укладываться в отведённое время, если оно ограничено.

Какой результат по такому тесту считается хорошим?

Единого «хорошего балла» здесь нет. В реальных версиях, которые используют работодатели, результат обычно подаётся как позиция относительно других работающих взрослых людей — в процентах, а не как оценка «сдал/не сдал». А насколько конкретный профиль личности подходит, сильно зависит от роли: то, что отлично работает для одной должности, может быть избыточным или недостаточным для другой.

Можно ли пройти такую оценку самостоятельно, без работодателя, да ещё и бесплатно?

Настоящий инструмент, о котором обычно идёт речь в этом вопросе, продаётся только организациям — компаниям, которые проводят его сами, а не отдельным людям для самостоятельного прохождения. Бесплатной версии для личного пользования у него нет. Именно этот пробел и есть причина, по которой существуют независимые альтернативы вроде этого теста: свой набор вопросов, своя система подсчёта, никакой связи с настоящим инструментом и его результатами.

Зачем работодатель вообще просит пройти такую оценку перед собеседованием?

Чаще всего это попытка сопоставить рабочий стиль и черты личности кандидата с требованиями конкретной роли — увидеть то, что не всегда видно по резюме или за один разговор на собеседовании. Как правило, это лишь один из нескольких источников информации в процессе найма, а не единственный фактор, который решает всё: такие данные используют в том числе для того, чтобы снизить риск того, что новый человек быстро уйдёт с позиции.

Методология

Тест показывает не один общий балл, а профиль сразу по пяти рабочим качествам: самообладанию, дружелюбию, надёжности, инициативности и любознательности. Они не выстроены в иерархию — это параллельные, независимые друг от друга измерения, и у большинства людей заметно выражено не одно из них, а сразу несколько.

За этими пятью — два разных источника рабочей мотивации, которые изучает психология личности: один тянет человека к ровным отношениям и слаженной работе в команде, другой — к инициативе, видимости и движению вперёд. Каждый раскладывается на несколько конкретных, узнаваемых в повседневности привычек, из которых и собраны пять шкал теста.

Как и у любого самоотчёта, у ответов есть уязвимое место: то, как человек описывает себя, способно меняться, когда на кону стоит что-то реальное, — тогда люди чаще выбирают социально одобряемые варианты, а не самые честные. Здесь ставок нет: результаты никуда не передаются и не влияют на реальный найм, так что отвечать можно откровеннее.

Есть и другая грань: то, как вы обычно ведёте себя в спокойном рабочем режиме, — не то же самое, что поведение под настоящим, затяжным давлением. Тест снимает срез привычных реакций, а не проверяет вас на прочность в кризисе; предсказать это двадцать пять пунктов не берутся.

Это самостоятельная разработка на основе открытых академических источников по психологии личности в рабочем контексте — не копия и не аналог коммерческого инструмента, без его формулировок и названий шкал; результат никак не связан с тем, что показал бы такой инструмент для работодателя. Научная база, на которую опираются подобные оценки, — предмет открытых исследований личностных черт, а не чья-то закрытая разработка.

Источники

Hogan, J., & Holland, B. (2003). Using theory to evaluate personality and job-performance relations: A socioanalytic perspective. Journal of Applied Psychology, 88(1), 100–112. doi:10.1037/0021-9010.88.1.100
Barrick, M. R., & Mount, M. K. (1991). The Big Five personality dimensions and job performance: A meta-analysis. Personnel Psychology, 44(1), 1–26. doi:10.1111/j.1744-6570.1991.tb00688.x
Birkeland, S. A., Manson, T. M., Kisamore, J. L., Brannick, M. T., & Smith, M. A. (2006). A meta-analytic investigation of job applicant faking on personality measures. International Journal of Selection and Assessment, 14(4), 317–335. doi:10.1111/j.1468-2389.2006.00354.x

Автор: Лекс Таррел, психодиагност Рецензент: Игорь Лядский, PhD