Тест на депрессию

Тест состоит из 15 утверждений о пяти сторонах повседневного опыта — настроении, интересе к привычным делам, мысленном пережёвывании одного и того же, теле и готовности браться за дела и людей. Отвечайте, исходя из того, как обычно бывает у вас в последнее время, — в конце вы увидите уровень признаков депрессии по шкале теста. Это займёт около 4 минут.

Этот тест носит исключительно информационный характер и не заменяет профессиональную диагностику. За медицинской или психологической помощью обратитесь к квалифицированному специалисту.

Насколько по-прежнему получается почувствовать облегчение, когда в течение дня случается что-то по-настоящему хорошее? Хорошая новость — например, звонок от друга, которого давно не было слышно, — поднимает настроение так же, как поднимала бы и раньше, без всякой разницы. Хорошая новость о повышении на работе однажды прошла почти незамеченной для настроения — редкий случай, ведь обычно она подняла бы его без труда. Хватает нескольких дней в месяц, когда внутри сидит тяжесть, которую не снимает даже что-то хорошее, — при том что явного повода для неё как будто нет. Изо дня в день внутри сидит одна и та же тяжесть, независимо от того, что в этот день происходит, — хорошее событие почти не меняет фона. Тон дня остаётся тяжёлым почти без исключений — даже день, построенный вокруг того, что раньше радовало, не становится от этого легче.

Насколько сильно любимое занятие всё ещё захватывает в тот самый момент, когда им занимаешься? В машине по дороге домой любимая песня на полной громкости всё так же поднимает настроение, будто ничего не изменилось. Досадный сбой случается редко: один вечер любимый сериал внезапно смотрится без обычного удовольствия, а на следующий день всё как всегда. Раз за разом — не каждый день, но достаточно часто, чтобы заметить, — занятие, которое раньше захватывало с головой, теперь ощущается вполсилы прямо в процессе. Прежняя увлечённость заметно тает почти в любом занятии, которое раньше приносило радость, — именно в тот момент, когда им занимаешься. То, что раньше приносило удовольствие, не вызывает сколько-нибудь заметной реакции ни разу за последние недели — ни любимая музыка, ни привычные мелочи.

Получается ли отпустить тревожную мысль и перейти к тому, что с ней делать, — или она возвращается снова и снова без всякого выхода? Одна и та же тревожная мысль про несделанный звонок возвращается снова и снова уже которую неделю подряд — и ни разу не заканчивается тем, что можно было бы назвать решением. Есть один по-настоящему трудный вопрос, вокруг которого мысли крутятся кругами дольше обычного, — остальные заботы решаются быстрее. На заметном числе тревог мысль возвращается к одному и тому же по нескольку раз за вечер, так и не добравшись до следующего шага. Забота почти любого рода в большинстве случаев довольно быстро превращается в понятный следующий шаг, а не крутится на месте. Тревожная мысль про рабочий созвон переворачивается в голове один раз — и дальше внимание уже занято тем, что с этим делать, а не самим переживанием.

Насколько сон в последнее время соответствует тому, что обычно для вас нормально, — по количеству и по тому, насколько отдохнувшим он оставляет? Сон приходит и заканчивается примерно там же, где обычно, и утром ощущается той же обычной свежестью. Ночь перед важным днём иногда выходит короче обычной и не приносит привычного отдыха — редкий, но узнаваемый случай. Ночь через одну-две сон выходит другим — короче обычного или таким, что не приносит того отдыха, на который можно было рассчитывать. Спокойных ночей, после которых утро ощущается свежим, набирается всё меньше — сон в основном либо короче нужного, либо не приносит отдыха. Ночь за ночью сон выбивается из привычного ритма — по количеству или по ощущению отдыха наутро, без единой ночи-исключения за последние недели.

Насколько дольше обычного мелкие повседневные дела — сообщения, счета, короткие поручения — теперь ждут своей очереди? Посылка, которую нужно забрать из пункта выдачи, обычно получается уже на следующий день после уведомления. Квитанция за воду однажды провалялась в сумке несколько дней, прежде чем нашлось время её оплатить, — случай на памяти единственный. Записаться к стоматологу давно пора, но звонок в клинику раз за разом переносится на «чуть позже» — а чуть позже почему-то не наступает. Забрать вещи из химчистки — простое дело, которое всё никак не встаёт в сегодняшний список, хотя стоит в нём уже который день. Разобраться с накопившимися мелкими делами в прежнем темпе никак не получается — гора уведомлений и напоминаний растёт быстрее, чем тает.

Насколько часто новая или ещё не решённая ситуация заранее воспринимается как обречённая обернуться плохо? Собеседование на новую должность воспринимается просто как ещё один разговор — без заранее готового ощущения, что оно обречено пройти плохо. Новый начальник без единого понятного сигнала — вот случай, который однажды сразу настроил на худшее, хотя обычно неопределённость так не пугает. Раньше почта от начальства без темы в строке просто открывалась и читалась. Теперь перед тем как её открыть, внутри уже готово ощущение, что дело плохо. Заранее готовое ожидание, что добра не будет, теперь встречает чуть ли не каждую непонятную ситуацию — прежде, чем известны хоть какие-то факты. Любая ещё не решённая ситуация — от результатов анализов до исхода спора с соседом — автоматически прочитывается как заведомо плохая, прежде чем появляется хоть один реальный факт.

Насколько план на будущее, заранее оцененный как не стоящий усилий, на деле оборачивается иначе, когда до него всё же доходит дело? Планы на выходные — поездка, ужин с друзьями, прогулка — почти всегда заранее видятся не стоящими усилий, а на деле снова и снова оказывается, что ожидание было ошибочным, — и это ничего не меняет для следующего раза. Заранее заниженные ожидания сбываются нечасто: разок вечер с друзьями, который не хотелось затевать, обернулся куда лучше, чем думалось, — но так выходит скорее в порядке исключения. Ожидание перед поездкой или случайной встречей раз за разом занижено, а на месте всё неизменно оказывается интереснее, чем думалось заранее. Большинство планов на выходные заранее оцениваются примерно верно — ожидание почти совпадает с тем, что получается на месте. Почти любой план, будь то поездка или простой ужин, заранее видится стоящим того — и на месте это ожидание, как правило, оправдывается.

Насколько легко внимание переключается на что-то отвлекающее, когда накатывает подавленное настроение? Стоит включить любимый подкаст, и подавленное настроение отступает на второй план так же легко, как и всегда. Плейлист, который обычно вытаскивает из любого настроения, один раз не сработал вовсе — тяжесть осталась на весь вечер. Один и тот же вечер: любимый сериал включён, а подавленное настроение всё равно никуда не девается — хотя раньше это средство работало без осечек. Ни музыка, ни разговор, ни другие привычные способы отвлечься чаще не срабатывают, чем срабатывают, когда накатывает тяжёлый момент. Подавленное настроение почти никогда не уступает место ничему отвлекающему — ни фильм, ни разговор, ни музыка не пробивают его.

Насколько уровень энергии в течение дня соответствует тому, сколько на самом деле удалось отдохнуть? После обычной ночи подъём с постели в семь утра даётся без разговора с собой — тело сразу готово двигаться дальше. Один будний день ноги стали ватными уже к обеду, хотя ночь перед этим прошла спокойно, без единого пробуждения, — случай так и остался единственным за долгое время. Коллега между делом спрашивает, всё ли в порядке, — по лицу видно, что не в первый раз на этой неделе, хотя сама ночь, по ощущениям, прошла как обычно. К обеду веки тяжелеют независимо от того, как прошла ночь, а вечером привычная чашка кофе уже не спасает так, как раньше. Будильник заводится пораньше в надежде выспаться про запас — не помогает: к обеду тело снова просит прилечь, как будто ночи не было вовсе.

Насколько по-прежнему получается соглашаться на необременительное общение — короткий созвон, случайную встречу, — которое обычно только в радость? Короткий созвон с другом, который обычно только в радость, в последнее время почти всегда переносится или отменяется в последний момент. Приятельскую встречу без особого повода довелось однажды отменить — редкий сбой на фоне того, что обычно случается само собой. Приятель зовёт на вечернюю пробежку — соглашаться приходится через силу, а иногда звонок просто остаётся без ответа. Большинство несложных встреч и звонков по-прежнему случаются так же, как раньше, разве что иногда с небольшим внутренним усилием. Короткие необязательные встречи и звонки происходят так же часто, как и всегда, — без всякой заминки перед тем, чтобы согласиться.

Насколько неудача воспринимается доказательством какого-то личного изъяна, а не отдельным случаем? Опоздание на встречу из-за пробки воспринимается ровно тем, чем и было, — досадной случайностью, а не поводом для выводов о себе. «Это говорит обо мне» — так один раз прочиталась по-настоящему обидная неудача, хотя обычно до такого вывода дело не доходит. После сорванного дедлайна лицо остаётся хмурым дольше, чем сам дедлайн того стоит, — будто дело не в задаче, а в чём-то другом. Всё чаще неудача по умолчанию читается как доказательство того, что с человеком что-то не так, а не как случайность. Почти любая неудача, даже мелкая, становится в собственных глазах ещё одним доказательством одного и того же изъяна в характере.

Сколько усилий теперь нужно, чтобы начать занятие, которое раньше начиналось само собой? Гитара берётся в руки вечером так же само собой, как и раньше, — без всякого дополнительного усилия. Взяться за начатый вязаный шарф один вечер оказалось куда труднее обычного, хотя обычно спицы берутся в руки без раздумий. Спортивная сумка собрана с вечера и стоит у двери — а дойти до зала получается через раз, и то после того, как удаётся себя уговорить. Занятие за занятием теперь требует настоящего волевого усилия, чтобы просто взяться за него, — то, что раньше начиналось само собой. Начать хоть что-то из того, что раньше делалось само собой, без серьёзного внутреннего толчка не получается уже который день подряд.

Куда чаще уходят мысли о подавленном настроении — в разбор того, что с этим делать, или в вопрос «почему мне так»? Мысли о неприятном моменте довольно быстро сворачивают к тому, что с этим делать дальше, а не застревают на разборе причин. «Почему мне так» — на этом вопросе мысли однажды надолго застряли, прежде чем всё же свернули к тому, что делать дальше. Задержаться на разборе «что со мной не так» происходит регулярно — быстрее почти никогда не выходит перейти к тому, что делать дальше. Большая часть размышлений о подавленном настроении уходит в анализ его причины, а не в то, что можно сделать дальше. Мысли о подавленном настроении почти всегда крутятся вокруг «почему именно со мной», и до следующего шага дело почти не доходит.

Насколько аппетит в последнее время держится близко к тому, что для вас обычно, — или заметно от этого отклоняется? Аппетит почти каждый день теперь заметно отличается от привычного — то пропадает, то, наоборот, тянет есть куда больше обычного. Самый обычный день неожиданно сбивает аппетит с привычного ритма — без всякой видимой причины и без повторений в ближайшие дни. На паре дней за неделю аппетит вдруг заметно отклоняется от привычного — то меньше обычного, то больше. Чаще, чем не, аппетит держится близко к привычному — и по количеству, и по тому, в какое время хочется есть. Аппетит остаётся таким же, каким был всегда, неделя за неделей, — и по объёму, и по привычному времени приёма пищи.

Сколько усилий теперь нужно, чтобы уследить за коротким сообщением или простым разговором? Короткое сообщение от друга считывается с одного взгляда — смысл ясен ещё до того, как дочитано до конца. Уследить за нитью долгого разговора с бабушкой по телефону однажды оказалось заметно труднее обычного — обычно это не составляет проблемы. Собеседник в чате переспрашивает: «Ты же меня понял?» — и только тогда становится ясно, что часть смысла прошла мимо. Дослушать рассказ коллеги до конца, не переспрашивая по два раза, получается редко — усилие, которого раньше это не требовало. Даже самое короткое сообщение или простая реплика в разговоре теперь стабильно требуют настоящего усилия, чтобы уследить за смыслом.

Ваши результаты не случайны

Легендарный тест на 16 типов личности по Юнгу обрел вторую жизнь: новая методика CoreTypes, совсем другой уровень точности. Это, возможно, самые полезные 10 минут, которые вы уделите себе: после этого у вас будет ключ к собственным решениям, отношениям и результатам — навсегда.

Пройти бесплатный тест

Часто задаваемые вопросы

У меня депрессия?

Этот тест не отвечает на вопрос напрямую — он честно показывает только то, насколько часто и насколько сильно определённые повседневные проявления депрессивного опыта дают о себе знать за последнее время. Это самоотчёт по пяти направлениям, а не диагностический вывод.

Может ли этот тест определить, есть ли у меня депрессия?

Нет. Такой тест — это отправная точка, а не диагноз: диагноз депрессии ставит только врач или психотерапевт, через разговор и изучение истории, а не одна анкета. Следующий шаг, если результат вызывает вопросы, — именно такой разговор.

Насколько точны тесты на депрессию?

Самоотчёт вроде этого описывает снимок собственного опыта за недавний период — он не заменяет точность полноценной клинической оценки, где учитываются история и профессиональное суждение специалиста.

В чём разница между скринингом на депрессию и диагнозом?

Скрининг — это только первый шаг к полноценной оценке, а не сам диагноз: это два разных этапа. Этот тест стоит даже раньше формального скрининга — как повод присмотреться к себе, а не как его замена.

Могут ли депрессия и тревога быть одновременно?

Да, они нередко идут рядом друг с другом, но остаются разными переживаниями. Этот тест измеряет только признаки депрессии — тревожность в нём не учитывается.

Методология

Тест подходит к теме так же, как исследования депрессии: он спрашивает не о диагнозе, а о том, насколько часто и насколько сильно определённые повседневные проявления депрессивного опыта дают о себе знать прямо сейчас — по пяти направлениям.

Измеряется самостоятельно оценённый уровень пяти сторон повседневного опыта: устойчиво сниженного настроения и мрачного взгляда на себя, мир и будущее; ослабленной способности радоваться происходящему и предвкушать хорошее; мысленного пережёвывания одного и того же без выхода на решение; телесных проявлений вроде сна и аппетита; и снижения готовности браться за дела и за людей — в том виде, в каком это проявляется за недавний период.

Тест не измеряет тревожность, хотя она нередко идёт рядом с депрессией, не объясняет причины происходящего и не рассчитан на подростков или период после родов — там ведущая картина и подходящий инструмент устроены иначе.

Подробнее о том, как признаки депрессии проявляются у взрослых, можно прочитать на сайте Национальной службы здравоохранения Великобритании, а о том, кто и как ставит диагноз, — в её же разделе о диагностике.

Этот тест не является диагностическим инструментом и не заменяет разговор со специалистом: он не ставит диагноз «депрессия» и не решает вопрос о лечении — оценить это способен только врач или психотерапевт, и обратиться к нему можно независимо от того, какой результат показал тест.

Источники

Beck, A. T. (1967/1976). Cognitive Therapy and the Emotional Disorders.
Watson, D., Clark, L. A., Weber, K., Assenheimer, J. S., Strauss, M. E., & McCormick, R. A. (1995). Testing a tripartite model: II. Exploring the symptom structure of anxiety and depression in student, adult, and patient samples. Journal of Abnormal Psychology, 104(1), 15–25.

Автор: Лекс Таррел, психодиагност Рецензент: Игорь Лядский, PhD